Новости 
Архив новостей 
Сообщить новость 
GoHa.Ru 
Форум 
Скриншоты 
Видео 
Обои (десктоп) 
Музыка 
Смерть и экономика 
Профессии 
Обзор игры 
Типы аммуниции 
ПвП и миссии 
Cистема ПвП 
Системы миссий 
1000 миссий 
Повреждения 
Ранги и титулы 
Битва аватаров 
Все о кораблях ч1 
Все о кораблях ч2 
Морской бой 
Игровая экономика 
Нации 
Порты 
Флейта 
Шебека 
Кеч 
Галеон 
Военный шлюп 
Боевое построение 
Линейный корабль 
Шхуна 
Тендер 
Пушки 
Баркас 
Шлюп 
Офицеры 
Тяжелый фрегат 
Яхта 
104 орудия 
64 орудия 
Легкие Фрегаты 
Бриг 
Большая шхуна 
Капитаны 
История и слухи 
GDC 2007 
Захват порта 
Возможности игры 
Начало игры 
Умения (скилы) 
Август 2005 
Боевые резервы 
Подними клинок 
Магазины Обмена  
Магазины Обмена 2 
Магазины Обмена 3 
Новости 
Главный 
Корабли 
Форумы GoHa.Ru 
Офицеры
Ship"s Officers (Корабельные Офицеры)



Морские офицеры

Штурман и капитан ... Нет, это не название книги Патрика О"Брайена. Военно-морские и гражданские звания и иерархия власти многих приводят в замешательство. Почему бы просто не называть любого, кто командует кораблем, капитаном? Однако обращение к нему будет зависеть от того, называете ли вы ранг или должность моряка, и относится ли он к военно-морской или гражданской иерархии.

Должность и ранг штурмана в военно-морских силах восходит к дням, когда штурманом называли лицо, полностью единолично ответственное за управление судном, в том числе и во время боя. Во всяком случае, на гражданском корабле штурман был фактически капитаном. Но если и в военно-морском, и в гражданском торговом флоте штурман означает штурман корабля, никогда военный моряк не обратится к капитану своего корабля "штурман", а вот экипаж гражданского судна всегда называет капитана корабля штурманом. Личный состав военно-морского флота называл капитана торгового судна штурманом корабля, потому что, по представлениям военных моряков, звания "капитан" заслуживают только морские офицеры.

Все еще не понятно?

В британском военно-морском флоте капитана корабля всегда называли капитаном, по крайней мере, если кто-то мог услышать. Но капитан не всегда был Капитаном. В XVIII веке у британцев было три всего постоянных офицерских ранга, против десяти нынешних. Каждый молодой парень, мечтающий стать офицером, начинал как корабельный гардемарин, что было не официальным рангом, а просто названием. На практике они фигурировали в корабельных списках как волонтеры, слуги, матросы; для самых продвинутых существовало обозначение "помощник капитана". Когда корабельный гардемарин достигал определенного возраста и стажа, а именно 20-летнего возраста при корабельном стаже не менее шести лет, его могли произвести в лейтенанты. Фактически некоторые так называемые "молодые джентльмены", могли пройти испытания и перейти в ранг лейтенанта уже в 16-летнем возрасте; адмирал Сэр Георг Бридж Родни, например, в этом возрасте произвел своего сына в капитаны. По счастливой случайности, выдержав испытание, которое обычно принимали оценивали три кэптена (капитана 1 ранга), молодой гардемарин считался "сдавшим экзамен на лейтенанта". Это, однако, не означало, что он тут же получал звание лейтенанта. Нужно было ждать, иногда годы, пока Адмиралтейство подыщет для него место на каком-нибудь корабле, где предусмотрена должность лейтенанта. А тем временем он продолжал либо служить в прежней должности, либо в должности исполняющего обязанности лейтенанта. Исполняющим обязанности лейтенанта мог быть любой гардемарин, которому благоволил капитан, даже если он еще и не сдал экзамен на лейтенанта. При необходимости, когда один из офицеров был убит или ранен и списан на берег для лечения, капитан мог назначить исполняющим обязанности лейтенанта любого по своему выбору. Иногда капитан мог назначить на это место не корабельного гардемарина, а своего штурмана, и, если корабль заслуживал признание своей отличной службой, Адмиралтейство, как правило, утверждало это назначение.



После того, как молодой моряк получал назначение на должность лейтенанта, дальнейшее его продвижение часто зависело от обстоятельств. Если он попадал на линейный корабль, молодой лейтенант мог начать с довольно низкой ступеньки седьмого или даже восьмого лейтенанта. Иногда карьера на этом и оканчивалась. Если восьмой лейтенант оказывался настолько невезучим, что на корабле, куда его назначили, никто из старших его товарищей не получал ранения и не погибал, он мог прослужить на одном и том же корабле всю свою жизнь.

Нужна была удача, решимость и умение, чтобы либо продвинуться по иерархической цепочке на борту своего корабля, либо добиться, чтобы капитан рекомендовал его для выполнения более ответственной должности на другом корабле. Однако многочисленные катастрофы и смерти, фактически неизбежные в военно-морской службе, приводили к тому, что обычно лейтенант автоматически продвигался вверх по иерархической лестнице. Положение моряка на борту корабля определялось датой получения им офицерского чина. Если какому-то лейтенанту его звание было присвоено хотя бы одним днем раньше, чем другому, он был выше его в иерархической цепочке.

Каждое продвижение по цепочке, например, повышение восьмого лейтенанта в седьмые лейтенанты, влекло за собой увеличение ответственности. Когда лейтенант, в конечном счете, достигал должности первого лейтенанта, он отвечал за общую работу корабля, и, в силу этого, всегда находился под постоянным наблюдением своего капитана. Многие первые лейтенанты никогда не продвигались выше этой должности.

Первого лейтенанта, или одного из высших лейтенантов, могли назначить командовать небольшим шлюпом или другим подобным судном. Поскольку отдельная должность штурмана была предусмотрена только для судов, входящих в морскую классификацию (она насчитывала шесть классов, шестой был самым низким), его назначение на корабль, не входящий в классификацию, фактически означало "штурман и командир", что обычно сокращали до командира. Тут есть одна забавная неувязка. Хотя и после назначения командиром корабля, он оставался по-прежнему лейтенантом, экипаж обращался к нему "капитан", а его форма отличалась от формы лейтенанта и формы капитана. Если при этом человек не справлялся с управлением судном, его могли перевести на судно, входящее в классификацию, или посадить на половинный оклад, и он в любом случае оставался в списках как лейтенант. Во всяком случае, назначение штурманом и командиром не было синекурой. Лейтенант получал возможность и был обязан доказать, что он способен самостоятельно командовать кораблем. Многие командиры возвращались снова к должности простого лейтенанта или их переводили на половинный оклад, потому что они не справлялись с обязанностями командования.

Лейтенант или командир, которого посчитали достойным этого, мог получить высокое звание капитана. Это, впрочем, отнюдь не было гарантией стабильности. Капитан, только что получивший назначение, должен был прослужить еще три года, прежде чем это звание становилось постоянным. Это называлось выслужить себе "кэптена" (капитана 1 ранга). Кэптен имел твердую гарантию продвижения, которому могли помешать только смерть и военный трибунал. Даже при переводе половинный оклад, место кэптену в списке экипажа было гарантировано. В конечном счете, если он выходил из сражений живым, если его щадило испепеляющее солнце и грозные штормы, он продвигался по цепочке до звания адмирала. Если же, из-за некомпетентности или неспособности, капитану, не успевшему еще дослужиться до кэптена, не удавалось убедить Адмиралтейство, что он заслуживает командования, его могли разжаловать в лейтенанты, обычно с переводом на половинный оклад.



Кэптен (капитан первого ранга), перед тем, как стать адмиралом, мог получить еще одно повышение - мог быть временно произведен в коммодоры (командующий эскадрой кораблей). Кэптен мог быть назначен командующим отдельной эскадры. Это позволяло ему ходить под собственным флагом. Но, хотя технически коммодор был рангом, позволявшим иметь собственный флаг, после выполнения задания, для которого это назначение было сделано, коммодор снова становился "простым" капитаном 1 ранга.

Уоррент-офицеры

Помимо офицеров, получивших офицерское звание, существовала также категория уоррент-офицеров (мичманов), которые имели доступ в офицерскую кают-компанию. К ним относились военно-морской врач (офицер медицинской службы), штурман и казначей. Как было указано выше, штурман отвечал за навигацию корабля. Многие штурманы имели многолетний опыт и могли точно предсказать погоду без всяких инструментов. Их знание ветров и волн, всех мелей, банок, скальных и коралловых рифов было для капитана ценнее золота. На большом корабле мог быть и второй штурман, но обычно штурману помогало несколько помощников штурмана. Одной из самых важных обязанностей штурмана было ведение штурманского судового журнал, официального корабельного документа.

Штурман получал свое звание уоррент-офицера от руководства военно-морских сил. Судовой врач получал свое уоррент-офицерство от руководства Комитета по болезням и несчастным случаям, выдержав экзамен, который проводила Компания хирургов-цирюльников. Медикаменты и инструменты обеспечивала Аптекарская приемная. Хирургу помогали помощники хирурга, которых на большинстве военно-морских кораблей называли судовыми фельдшерами. Казначеи не становились уоррент-офицерами вплоть до 1808 года, когда одного из них Комитет по снабжению произвел в уоррент-офицеры. До этого времени, однако, от казначея требовалось предъявить Комитету по снабжению долговое обязательство, где указывалась сумма, размеры которой определялись размерами корабля. Она составляла от 400 фунтов для корабля 6 класса, до 1200 фунтов для корабля Первого класса.

ПОСТОЯННЫЕ ОФИЦЕРЫ

Помимо уоррент-офицеров, были также постоянные офицеры: артиллерист, боцман и плотник. Эти люди оставались служить на корабле, пока он не был продал или они выходили на пенсию, или их переводили соответствующие службы; капитан корабля не мог их дисквалифицировать. Они тоже назначались уоррентами соответствующими службами, но не имели допуска в офицерскую кают-компанию. Однако эти должности были достаточно престижными. Артиллериста назначал на корабль Совет артиллерийского управления.



Артиллерист отвечал не только за корабельную пушку, но и за все более мелкие орудия: винтовки и револьверы. Он же был ответственным за холодное оружие, кортики и абордажные пики. Наконец, он отвечал за крюйт-камеру (где хранился порох) и за подготовку снарядов для пушки. В зависимости от размера корабля канонир мог иметь одного или больше помощников: писаря при пороховой камере, который вел учет использования пороха и записывал, когда закончилась каждая бочка и бочонок; оружейного мастера, который следил за мелкими орудиями и холодным оружием; квартер-артиллеристов, каждый из которых отвечал за работу четырех орудий.

Боцмана назначало правление военно-морского флота. Он отвечал за поддержание в порядке всей оснастки, парусов и такелажа. Боцман также был ответственен за все шлюпки на корабле, за якоря и боны; контролировал работу канатчика и матроса, занимающегося парусами; ему помогало несколько помощников боцмана. Боцман и его помощники отвечали за дисциплину на борту, и он мог вызвать экипаж на палубу по команде "свистать всех наверх" и выполнить телесное наказание в соответствии с распоряжением капитана.

Третий из служебных офицеров - плотник. Правление военно-морского флота могло и его произвести в уоррент-офицеры, и он вместе со своими помощниками отвечал за поддержание в порядке корпуса, мачт и рей. Ещё он отвечал за периодические замеры уровня воды в трюме, которая оказывалась там из-за просачивания через корпус или при сильном ветре и волнах. Он же руководил за работой конопатчика и его помощников.

Другое лицо, занимавшее привилегированное положение в команде — оружейный мастер. Он и его капралы составляли корабельную полицию.

Французские военно-морские офицеры

До революции Франция имела военный флот, которым по праву могла гордиться. Фактически весь ее офицерский корпус тогда составляла аристократия, и обычно это были очень образованные люди. Но это составляло и основную проблему. Тот, в чьих жилах не текла голубая кровь, имел очень мало шансов стать офицером, и еще меньше - продвинуться по службе.
Ранговая структура офицерских чинов была в основном такой же, как и на британском флоте, разумеется, с той разницей, что назывались они по-французски. Например, французский капитан назывался Capitaine de Vaisseau (Капитен де Вэссо, капитан судна). Как и в британском военном флоте, в военное время экипажи набирались по большей части с торговых кораблей. Революция резко изменила структуру и состав французского военного флота. В период истерической ненависти к аристократам большая часть офицерского корпуса была казнена. Но потом Комитет Общественной безопасности внезапно понял, что у них вообще не будет ни армии, ни морских офицеров, если эта тенденция не прекратится, и начали пересматривать списки офицеров, обвиненных в преступлениях против государства. После того, как слетела голова Робеспьера, французский флот оказался в отчаянном положении. Опытных морских офицеров оставалось очень мало, многие из назначенных новой республикой не имели опыта ведения военных действий на море. Но что было еще хуже, на каждый корабль был назначен политический комиссар, который должен был одобрять все планы капитана корабля до их осуществления. К счастью, такое положение дел продлилось недолго, и Капитэн де Вэссо вскоре снова стал высшей властью на борту своего корабля.

Испанские морские офицеры

До Войны за испанское наследство, 1701-1714, командование испанскими линейными кораблями было распределено между несколькими лицами. Один офицер отвечал за бывшую на каждом корабле группу солдат-стрелков, выполнявших абордаж вражеских судов, а другой командовал кораблем и его экипажем, и ни один из них не имел права отдавать приказы другому. После войны был образован первый настоящий Национальный военно-морской флот, действительно, Непобедимая армада, и введена должность капитана, который отвечал за весь персонал, приписанный к его кораблю. Англичане называли этот испанский военный флот "доны", что в то время вполне соответствовало истине. После того, как с наследством, наконец, разобрались, фактически каждый капитан военного корабля был доном, а каждый адмирал грандом. Военный флот недалеко ушел от того времени, когда дон или гранд владел военными флотилией военных кораблей и фактически сдавал их в аренду королю Испании. В 1717 году Хосе Патиньо, недавно назначенный генерал-квартирмейстер, основал в Кадисе Королевскую компанию морской гвардии, первую испанскую военно-морскую школу. Эта академия, и разрешение короля гардемаринам поступать и посещать эту школу, значительно улучшило качество подготовки морских офицеров в последующие годы.

Испанская структура рангов была очень похожа на структуру, принятую у англичан. Однако, поскольку большинство донов, имевших звание Капитана, были примерно равны по аристократичности происхождения, существовала очень сильная тенденция "обсуждать" приказы, а не следовать им. Члены экипажа испанских кораблей тоже обычно были выходцами из старинных династий мореплавателей. Хотя с ними дурно обращались их собственные офицеры, даже не имевшие благородного происхождения, испанские моряки смотрели свысока на своих английских и французских коллег. Испания дольше боролась за интересы империи, чем Франция или Британия. К 1720 году Испания еще относилась к самой огромной империи в мире, и ее военный флот должен был защищать корабли от многочисленных врагов в каждом уголке страны.


Гражданские офицеры

Гражданские суда были организованы намного более просто. Штурман корабля был и его капитаном и обязан был отчитываться только владельцу судна. Иногда штурман сам был владельцем, и отчитываться должен был только перед самим собой.

Непосредственно штурману подчинялись его помощники: первый помощник, второй помощник и т.д. Должность первого помощника соответствовала в целом должности первого лейтенанта военно-морского флота. Он руководил экипажем вовремя выполнения маневров, и к тому же, осуществлял функции корабельной полиции, обеспечивая дисциплину. Только на достаточно крупных судах было несколько помощников штурмана, несущих вахту поочередно, обычно просто из соображений экономии. Чем больше помощников было на корабле, тем меньшую прибыль получал его владелец. Второй или третий помощник, нанятый, чтобы нести вахту, часто был просто опытным моряком, или другом, или приятелем друга владельца корабля, желающим впоследствии приобрести собственный корабль. Тем не менее, помощник, несущий вахту, был облечен властью второго после капитана лица.

Капитан торгового судна обычно имел на борту корабля плотника, в чьи обязанности входило наблюдение за состоянием корпуса и рангоута, а также человека с квалификацией кузнеца, который помогал плотнику в выполнении работ по металлу. Члены экипажа торгового судна имели общее название матросов, или старших матросов. Матросы убирали паруса и выполняли другие общие корабельные маневры, а также выполняли большую часть физических работ на борту. Старшие матросы штопали паруса, чинили снасти и по мере необходимости меняли канаты, и вместе со всеми выполняли задания специалистов флота. Старший матрос соответствовал должности главного корабельного старшины и разнорабочего, помогающего выполнять все специальные работы на борту корабля.

Обучение экипажа происходило стихийно, на доступном оружейно-техническом материале, и основным исключением были корабли Ост-Индской компании. Их экипажи не получали такой основательной подготовки, как экипажи военных судов, но по причине огромных расстояний, которые приходилось преодолевать по воде, кишащим пиратами всех национальностей, суда Ост-Индской компании были вооружены лучше всего из всех торговых судов того времени, и их экипажи приобретали навык работы с орудиями и техникой на борту. Французские торговые суда были организованы в основном по образцу английских. Обычно они были меньше, а потому экипажи и командование на них были менее многочисленными. Испанские торговые суда, особенно "Big Naos", в начале XVIII обычно были больше английских и французских судов соответствующего типа. Им, как правило, приходилось преодолевать большие расстояния, и на обратном пути, чтобы уравновесить меньшее число рейсов, вести на борту больше груза.
Успех военно-морского или торгового судна, вне зависимости от национальности, был результатом работы его офицеров и экипажа. Плохо сконструированный и неважно построенный корабль мог творить чудеса, если на мостике стоял умелый капитан, а экипаж понимал и строго выполнял все его команды.


Обсудить на форуме  Наверх
Голосование

Raiting@Mail.ru